Девушка с нижних улиц. Часть вторая

Начало захватывающей мистической истории читайте здесь.

— Просто выходил из здания юрфака, садился в машину…

— Ты ходишь на лекции? —  удивился Чигринский.

—  Бывает. Я даже сидел в этот вечер в читальном зале. Прикинь?

Надо сказать, что Королев получал по вечерам второе высшее образование: юридическое после экономического.

— А вчера мы с ней встретились…

— Где?

— Недалеко, возле Дома офицеров. Какое это имеет значение?
Я был не на колесах, моя девочка была в ремонте, но я пришел с цветочками и все такое.

— С какими цветочками? Розы? Георгины?

—Это реально важно? С обыкновенными: шел пешком через Братское и взял с могилы.

— Так, – многозначительно сказал Чигринский, который почувствовал интерес к рассказу именно с этого момента. — Чью могилу ты обокрал, ты, конечно, не помнишь?

— Прикалываешься? Я всегда так делаю, когда у меня нет времени. Ну,  посидели в кафешке, и я пошел ее проводить. Тут недалеко есть такой дом, ну, трухлявый, короче, кажется,  у него есть надпись «квартиры» над входными дверями, кажется, еще с дореволюции. Ну, мы, короче, входим туда на третий этаж, а там внутри все так цивильненько. Я даже удивился. Она позвонила. Я ее хотел поцеловать, и она, короче, не возражала. Но ей стали открывать дверь, она помахала мне рукой, в смысле «вали», и я ушел. А на сегодня мы договорились встретиться. Потом меня вдруг трухануло, что этот дом нежилой. И всю ночь снилась всякая хрень. А сегодня девочку уже починили, я ехал мимо, заглянул, короче,  в подъезд — а там просто бомжатник, ничего, вообще никакого жилья! Понимаешь?!

Слово «бомжатник» Королев произнес с большим чувством, так что Чигринский даже улыбнулся. Коля Королев имел одно не украшающее его свойство: не выносил бедных и беременных. Относительно бомжей он даже неоднократно высказывал мысль о накоплении их в резервациях для последующего самоуничтожения. Чигринский в таких случаях не выражал ни похвалы, ни порицания, но с интересом расспрашивал о том, как это Королев себе представляет технически.

— Ну, вот что, — резюмировал Друг Студента, — больше этой историей меня не грузи, лучше подвези меня на Чехова, должно же быть у Кузи детство!

Подобно великому сыщику, Чигринский имел свои слабости. К счастью, это были не наркотики, а преферанс по пятницам. Надо к этому прибавить, что он также не играл на скрипке, зато поглощал немало художественных книг и был влюбчив, как тридцатилетний холостяк (которым и являлся).

— Нет, ну погоди… У тебя же должна быть какая-то версия?

Георгий ХАЗАГЕРОВ

(Продолжение следует).

Читайте также:


Ваш отзыв