Великий Могол. Часть 11-я

(Предыдущие главы читайте здесь).

—  Он с одной хорошенькой актрисой задумал умереть в любовных объятиях. Видите ли, есть люди, которые испытали уже все самые утонченные формы разврата, и им все время хочется новых впечатлений.

— Да, — заинтересовался наконец разговором Ярыгин, — такие люди есть.

— Но умереть в миг последних содроганий, как сказал Пушкин, это ново.

— Красиво сказал! А я читал, что светлейший князь Потемкин в миг последних содроганий дергал за веревку, и стреляла пушка.

— Это пошло, — отвергла Поленька.

—Пожалуй, — со вздохом согласился Ярыгин.

— И вот этот корнет, — продолжала девушка, —  в комнате, оклеенной красными обоями, —  простите, я волнуюсь, — часто дыша, говорила Поленька.

Ярыгин сглотнул слюну. «Пожалуй, даст пощечину, если…».

—  И вот в миг этих самых содроганий, он, как настоящий мужчина, спустил курок и женщина умерла, как доктор Фауст, высший миг вкушая свой. Но следующего шага корнет не сделал. Он не пустил себе пулю в лоб и опошлил всю сцену. Его забрили в арестантские роты.
Что вы об этом думаете, корнет?

—  А вы?

—  Я ей завидую. Хотела бы я в этот миг… вы понимаете? — в эту минуту пышные Поленькины волосы коснулись щеки сладострастника.

—  Поленька вы… такая чувственная… право, я…

—  А у вас есть револьвер?

—  Имеется.

—  Если бы вы… я сейчас только мечтаю… вы понимаете… курок… в этот момент… или лучше сначала я … вас,  —  закончила Поленька красная как рак.

Ярыгин не мог сдерживаться более. Он попытался притянуть девушку к себе.

—  Не здесь… И никогда. К чему множить пошленькие романчики?

—  А если не пошленький?

—  С револьвером? — живо спросила Поленька.

—  А хотя бы и с револьвером,  —  залихватски сказал Ярыгин,  —  у меня, в «Касса Миччиоло».

—  А там будут туберозы? — низким голосом спросила Поленька.

—  А как же,  —  поспешил ответить Ярыгин, удивляясь ее сумасбродной фантазии.

—  Когда же они будут там? — тем же низким голосом спросила Поленька.

—  Сегодня! — сейчас же ответил Ярыгин.

Мнимый корнет был восхищен. Ему казалось, что  он и правда готов умереть так, как рассказывала эта молодая женщина, или во всяком случае выстрелить в нее, а потом
как-нибудь отвертеться от полиции. Или, если до этих крайностей не дойдет, просто овладеть этой темпераментной сумасбродкой.

—  Я приду в полночь,  —  сказала Поленька и зашагала прочь.
(Продолжение следует).

Читайте также:

Ваш отзыв